Глава 10. Расцвет Алании

  1. Вот канул в Лету каганат.
    Аланин рад и ас здесь рад.
    И все народы тут вздохнут,
    Вплоть до монголов отдохнут.
  2. Араб историк Масудú
    Зовёт – в Аланию приди!
    Увидишь много поселений,
    Полей и крепостей строений.
  3. Пшеницы много будет тут,
    Её в Венецию везут –
    В веку тринадцатом постой,
    Год будет шестьдесят восьмой.
  4. Ячмень и просо ценит тот
    Равнин аланский садовод.
    В горах аланин скот разводит,
    Обычай всё живёт в народе.
  5. Куёт доспех алан-кузнец,
    Хорош клинок, он – молодец.
    Гончар, посуды мастер наш,
    За сколько свой кувшин отдашь?
  6. И плотник с деревом в ладах,
    Работает он на станках.
    А шорник кожаный доспех
    Сошьёт, чтобы устроил всех.
  7. И мастерством алан-строитель
    Всех поразил, хоть и воитель.
    Там крепостей не сосчитать,
    Но Хумарý как не назвать,
  8. Что с Каракéнтом, Амгатóй
    Остались и Инджургатóй.
    И строились, поверь уж мне,
    Аланом на своей земле.
  9. Аланский царь, тумéна три
    Спокойно к битве собери.
    Армян Шапýх Багратунú
    Алан опишет, вот они:
  10. «Спросил Ахмад, арабов вождь:
    «Ты из Алании идёшь?
    Так расскажи нам о стране,
    Готовы будем мы к войне».
  11. И уроженец мест, что у ворот,
    Сказал ему: «Аланом будет тот,
    Кто наделён благами выше меры,
    В богатстве многим будет он примером.
  12. Там золота и серебра не счесть.
    И, знай, оружие из стали есть,
    Что кровью пресмыкающихся мыли,
    Камней всех драгоценных не забыли»».
  13. И в Карачае знают – нарт Дебет
    Того оружья ведает секрет.
    И делал нарт-кузнец клинки свои
    Для силы закаляя на крови.
  14. И знаем мы, что двести лет назад
    И серебром и златом край богат.
    Металл здесь добывают и руду,
    С тобой сегодня тоже я найду.
  15. Известен в мире наш алан-купец,
    Царей соединяет молодец.
    Везёт в Орду письмо он для Беркé:
    «Бейбарс Египетский послал его тебе».
  16. В десятом веке Константин Седьмой
    Писал: «Алан в Хазарии боятся», Боже мой,
    Как скоротечно всё в подлунном мире,
    Не разберёшь где «майна» здесь, где «вира».
  17. А ведь буквально век назад каган
    В грош не поставил бы тех самых же алан.
    Теперь аланы выше абхаз, хазар, Руси –
    Багрянородного послание прочти.
  18. И «Ассию» Кубанова опять
    Мы можем на досуге почитать.
    Там ясно, просто, главное, – понятно,
    И станет всем История занятна.
  19. Борéна – Дургулелéва сестра, –
    Аланка и Багрáтова жена.
    Ей брат аланский царь, а муж – грузин правитель,
    А дочь Марию заберут в обитель,
  20. Что Византией издревле назвали,
    Её здесь дом и ей здесь место дали.
    Дукá – ей муж, страны той император.
    Марии нашей будет он куратор.
  21. И дядя ей аланский Дургулéль,
    Сельджуков дважды разметёт в метель.
    Спасёт он Грузию и зятя своего,
    Дука на Манцикéрт зовёт его.
  22. Аланы все придут, Дукé помогут –
    Сельджуков победить они не смогут.
    И выиграет в тот день там Алп-Арслан.
    Ещё один известный царь алан
  23. Был Константин Аланский. Тёзке Мономаху,
    Визáнтии главе, понравился и страху
    На всех своих завистников нагнал –
    То титул воинский – алан магистром стал.
  24. И с Рóсликом аланы выступают.
    Все знают – крестоносцы подступают
    К Визáнтии. Но здесь вираж крутой,
    Аланы все погибнут в битве той.
  25. В Византии все помнят, говорят,
    О том, что сделал воин Арабат.
    Аланин в войске императора Комнúна
    Продемонстрировал кто есть мужчина.
  26. Расскажет нам об этом, без сомнений,
    Весть славную Никифор, что Вриений.
    Силён сельджук, он давит, победит –
    И император Алексей бежит.
  27. И Арабат Хаскáру-«волку» говорит:
    «Позором будет род Алан покрыт,
    Коль император пострадает здесь,
    Покажем все какой аланин есть!»
  28. Но Хаскарúс ущелье предлагает,
    Где место узко, воин полагает
    Врага там легче будет задержать –
    Охране императора отход под стать.
  29. Не хочет Арабат, с коня слезает,
    И к отступленью путь он отрезает.
    Сородича же отправляет в путь
    За Алексеем. Где уж тут свернуть.
  30. С копьём коротким битву начинает.
    Враг поражён, на время отступает.
    И в руку правую стрелою будет ранен,
    И ею же врага убьёт аланин.
  31. На крышу дома Арабат взойдёт
    И градом стрел противника убьёт.
    И тут до турков ясно мысль доходит,
    Что император Алексей уже уходит.
  32. За ним погонятся, но, счастлива звезда,
    Хаскар с охраной отобьют врага.
    А ночью звёзды ярко так горят,
    В стан императора вернётся Арабат.
  33. Ещё Гиркóн-аланин был. Его Григóра
    Никифор описал. Всего позора
    Визáнтии историк не сокрыл –
    Аланином сельджук побитым был.
  34. Он – не один, с ним вместе каталонцы
    За место борются своё под солнцем.
    В четырнадцатом веке Андроник
    От тюрков, что сельджуки, весь поник.
  35. Удачливый Гиркон сельджуков оттесняет
    И Византии земли все освобождает.
    А дальше – деньги и предательство опять,
    И лучше здесь нам речь свою прервать.
    Почему асы-булгары и аланы – предки карачаевцев?
  36. И Волкова нам тоже сообщает,
    Что овсом карачая называют
    У сванов. И решающий удар
    Здесь нанесёт учёный русский Марр:
  37. И у рачúнцев óси – карачай,
    Осýри – их язык, запоминай.
    И карачаем был здесь óсский,
    Ирóнов сваны назовут дигóрским.
  38. Возьмём из «Жизни» мы царей Картлийских
    Леонтия Мровéли наши списки.
    Там царь хазар берёт Дербент, Дарьял
    И Уóбоса наместником послал.
  39. Чтоб сыну верен был всегда Кавказ –
    И от него берёт свой корень ас.
    Каган Иосиф в том письме писал –
    Болгар хазарам братьями назвал.
  40. Нам граф Потóцкий смело сообщает,
    Что от алан остаток наблюдает.
    Легенд истории нашёлся ветви край,
    Так рассказал ему епископ Гай.
  41. В Моздоке он епархии глава,
    И очень тяжелы его слова:
    «Аланы только есть в одной долине,
    Там близко к сванам, где-то на чужбине.
  42. Никто не видит их, никто не подойдёт.
    Лишь слух идёт, что есть такой народ».
    Ты это описанье подмечай –
    Сверх чётко называет Карачай.
  43. И дальше граф Потоцкий замечает,
    И многих тем в «могилу загоняет»,
    Что след алан он, всё-таки, нашёл –
    Их меньше тысячи осталось. Кто б привёл
  44. Его к ним в дом, дабы язык узнать.
    Решение великое объять
    Истории проблемы. Много лет
    Искали в мире на него ответ.
  45. Со слов Потоцкого, аланин – карачай.
    И здесь сомнений нет. Ты, всё ж, признай.
    И Клáпрот нам о карте говорит.
    Со слов грузин там мастер начертит
  46. Аланов след на берегу Кубани –
    Ламбéрти тоже согласится с Вами.
    И Клапрот говорит – алан-Азгéк
    В Абхазии живёт не первый век.
  47. У нас была фамилия Азгéков,
    Что вымерла жестокостью генсека.
    Алан-азгеков Рéйнеггс находил
    И как алан-татар определил.
  48. И Гéрбер в «Географии Российской»
    Писал, что от авазгов близко
    В горах к востоку он нашёл алан.
    Абхаз и Карачай – соседи. Дан
  49. На «Генеральной карте царств Грузинских»
    Алании, Кахетии, всех близких
    Земель подробнейший придёт отчёт –
    Здесь каждый карачаевца найдёт.
  50. От сванов запад для себя открой,
    В горах между Кубанью и Лабой –
    Доселе карачаевцы живут –
    На карте той аланов нанесут.
  51. Не отстаёт от всех и князь Шахóвский,
    На карте у него есть много броских
    Имён. И здесь – Эльбрус и Мингú Тáу.
    И, будь германцем, то сказал бы «уау» –
  52. Аланы-карачаевцы на карте.
    И к пояснениям себя отправьте.
    Четвёртая дорога будет там,
    Что от Сухума в горы, в дом Алан.
  53. В «Грамматике» Кипшидзе написал –
    Аланом карачаевца мингрел назвал
    На севере Кавказского хребта
    С Эльбрусом рядом. Что за красота.
    Отождествление и смена доминанты
  54. Древние историки всегда отождествляют
    Тех, кто ушёл – есть те – кто наступают?..
    Уходит имя. Новое – придёт.
    А там живёт всё тот – один – народ.
  55. В конгломерате племя побеждает,
    И имя новое страну определяет.
    Или народ. Этноним новый. Вот
    Кубанов в «Ассии» нам «книжным» назовёт
  56. «Булгар», а имя первое там – Ас.
    И, скажем прямо, нету здесь прикрас.
    На Землях скифов и сарматов тут –
    Народы те же самые живут.
  57. Здесь тюрки, финно-ýгры и славянин.
    Так карачаевец есть скиф-сармат-аланин.
    Что есть – то есть. Васильевский напишет,
    Что половцы у скифов имя ищут,
  58. Которое до них примерил печенег.
    Три имени – а разницы в них нет.
    Есть много тысяч лет, одна земля.
    Тот Петербургский труд прочтём, друзья.
  59. И в прошлом веке год тогда восьмой,
    «Визáнтия и печенеги» там главой.
    Но асов и алан мы различаем.
    Встаёт вопрос второй, не понимаем –
  60. Грузины только овсов ценят, вдруг –
    Десятый век – аланин правит тут?
    В союзе доминанта изменилась –
    Ушла у асов их былая сила.
  61. И вот теперь аланин стал определять,
    Как летописям этот край назвать.
    А дело в том, что Каганат Хазарский
    Весь населял тогда народ Булгарский.
  62. И армию хазаров составлял
    Основу. Он тогда определял
    Куда с арабами войны качнётся чаша –
    За триста лет булгар «подкиснет каша».
  63. Совсем не редкость это правило-закон,
    Аланина поднимет вновь на трон,
    Что с гуннами так много потеряли.
    Но против тех и мир-то устоит едва ли.
    Города булгар и алан
  64. Захáрий Рúтор жил в веку шестом.
    Он в летописи пишет нам о том,
    Что за Каспийскими вратами у болгар,
    Язычников и варваров, есть города.
  65. А рядом с ним алан живёт опять.
    И городов аланских знает пять
    Из Сирии историк знаменитый,
    Хоть многие из них теперь забыты.
  66. Араб-историк, знаем, Табарú
    Про Беленджер расскажет. Изнутри
    Уже хазар распался каганат –
    Булкер-Балкаром станет этот град.
  67. И это лишний раз всем подтвердит
    Насколько в каганате знаменит
    И важен был всегда народ болгар,
    Что братом назывался у хазар.
  68. И Аспарух построил Онгл, знаю.
    И Плúска – первая столица на Дунае.
    Известны всем Итиль, Саркéль и Семендéр –
    Для тех кто любит строить вот пример.
  69. Болгар, хазар и гуннов города,
    Кумáн, что половцы, и есть Злата Орда.
    И там прекрасных городов так много,
    И «География» Егорова – подмога.
  70. Добавим, что из города Булкара
    Бойцов тумéн выходит у хазара,
    Исхáк ибн-Хусейн рассказал
    Нам так. Историк добавлял
  71. Другой средневековый, что алан
    Найдёшь легко ты в городе Хайлáн.
    Там царь алан и это – стольный град.
    И войско там царя, послушай брат.
  72. Касéк – то город будет черноморский,
    Там есть купец-алан и есть заморский.
    И тысячи больших найдёшь ты сёл
    Там, где алан очаг себе обрёл.
  73. В «Худуд-ал-áлам» ищем и найдём –
    На север, запад от серúров отойдём
    И здесь аланин мирно поживает,
    К Визáнтии ребром он примыкает.
  74. Сериры – ныне Дагестан. Узнай
    На севере алан границу – край
    От Чёрного, Азовского морей
    Дойдёт до печенеговских степей.
  75. Один аланский город упустили.
    Нет, мой читатель, не забыли.
    Ещё один у тюрков будет град –
    Не обойтись нам без «Аланских врат».
    Где находятся Аланские ворота?
  76. Всегда историк раньше полагал,
    Что это – иль Дербент или Дарьял.
    Кубанов говорит – Кубани берег,
    Что в Карачае. И ему мы верим.
  77. Абу Саид Абуль-Хайя Заххáка сын
    Что Гардизú, его словами подтвердим.
    То – век одиннадцатый, «Украшение известий».
    Услышим – вряд ли усидим уже на месте.
  78. «Покинь страну сериров и иди
    Чрез горы и луга – три дня пути.
    Дойдёшь тогда ты до страны алан.
    Их царь не многобожник, – христиан.
  79. Народ его – гяуры, стыд и срам,
    И десять дней идти придётся нам.
    Там будет много рек, лугов цветущих,
    Что в помощь дал Аллах вперёд идущим.
  80. И, наконец, до крепости дойдём,
    Аланскими вратами назовём
    Её, что на верху горы лежит.
    Внизу под ней дорога пробежит.
  81. Со всех сторон она окружена,
    Куда ни глянь, – из гор одна стена.
    И тысячу бойцов найдёшь ты тут,
    Что днём и ночью град сей стерегут».
  82. Уж очень это всё напоминает
    Ту крепость в Хумарé, что в Карачае.
    Реки Кубани это правый брег,
    И здесь начнётся времени забег.
  83. Во-первых, светская столица у аланов,
    Религиозный центр христианов –
    На запад, там где будет Зеленчук –
    Ворота здесь дорогу стерегут.
  84. А рядом расположен Каракéнт,
    Пройти сквозь них – не тот это момент.
    И наглухо ущелья закрывают
    Те крепости у тюрков в Карачае,
  85. Что, во-вторых. Из Шёлка Путь
    Проходит здесь. В Визáнтию свернуть
    Через Абхазию так просто и удобно:
    С арабами война идёт, правдоподобно?
  86. Менáндр два пути здесь различает
    В Верхах Кубани. Он же отмечает
    Миндимиáн дорогу и Дарúнский путь.
    Поглубже бы нам надо здесь копнуть.
  87. Через Клухóр в страну мисимиáн
    Нас славный приведёт миндимиан.
    Послам Визáнтии угроза всё же есть,
    И это – перс в Сванетии, он здесь.
  88. Даринский путь – на запад. Избегает
    Страну мисимиан и пролегает
    Через Санчáр в Абхазию легко.
    Значенье Врат Аланских велико.
  89. В руках аланских все эти пути,
    И мимо них не сможешь ты пройти.
    Аланские Врата – мощны, не забывай,
    Аналог – лишь Дербент, что Зулкарнай
  90. Когда-то, говорят, построил сам,
    Воздав хвалу двойную Небесам.
    И много тысяч лет уже стоит
    Тот град, легенда говорит.
    Письменность тюрков
  91. О рýнике пойдёт сейчас рассказ,
    Которой пользовался гунн и ас,
    Уйгур, аланин, печенег, хазар.
    Плюс вся Европа – родина булгар.
  92. И Кюль-Тегин, что много раз ходил
    В походы с войском, Небу милым был,
    Отнял каганов, миром недруга смирил –
    Из камня плиты руникой покрыл.
  93. Китайцы знали гуннов, усунéй,
    Киргизов и уйгуров. Не жалей
    Нам в летописях данных, брат,
    О рунике услышать буду рад.
  94. Письмо у тюрков – поперёк в строках
    Фу Кянь напишет. И не в облаках,
    А на земле Шы-Гу покажет нам –
    Не сверху вниз, а поперёк идти строкам.
  95. Где тюрки есть – там рунику находит
    Историк много лет. Итог подводит.
    Здесь для Европы интересен счёт:
    Три региона – то булгар отчёт.
  96. Дунай и Волга с Доном, Северный Кавказ –
    Где жил веками наш булгарин-ас.
    И руника здесь – диалектов смесь –
    Язык булгар объединяет весь.
  97. И в Хумаринском городище тоже
    Найти немало руники мы можем.
    И Сáлтово-Маяцкая культура
    Вся – на плечах Булгара-багатура.
  98. А с ним Аланина, Хазара. Не зевай,
    Они и жили здесь, не забывай.
    И руника Орхона, Енисея
    Почти как наша. Стало веселее!
  99. Малов составил древний алфавит,
    Он Хумару за тюрком закрепит.
    И руника здесь на Маяцк похожа,
    И на баклажки из музея тоже.
  100. В Новочеркасске тот стоит музей.
    От руники до греческих друзей
    И грекописьменной плиты, что в Зеленчуке,
    Пойдёт здесь разговор, но не от скуки.
  101. По-тюркски текст её такой:
    «Иисус Христос. Никола, мой
    Что мальчик, умер. Не найдут,
    Кто спас бы царский этот Юрт
  102. Тарбакатая – он алан.
    Год лошади». Ответ был дан.
    И жёсткий будет нам урок
    Та фраза – Jurta Kisi joq…
  103. Да сохранит Всевышний Бог
    Вновь Карачай от этих нот.
    В Архызе ту нашёл плиту
    КУИ в сороковом году.
  104. Вот тысяча четыреста четвёртый год.
    Галонифóнтибус Иоанн нам весть пришлёт:
    «У карачаевцев есть письменность и их язык иной,
    Чем у соседей». Тут ответ простой.
  105. Ну, а потом, приняв Ислам,
    Все по-арабски, тут и там
    Начнут писать. Наш путь далёк.
    Его продолжим, видит Бог.
  106. Но, всё же, будет Вам известно,
    Что в Карачае повсеместно
    Немало рун везде найдёшь,
    И коль умеешь – сам прочтёшь.
    Конь – товарищ или брат?
  107. И в сáване был похоронен конь,
    Что карачаевцу – товарищ, брат. Огонь
    Булгар, что в мире вовсе не погас,
    Он на Дунае – ас, и на Кубани – ас.
  108. У Тóпола в Болгарии найдут
    Могилу, где на пару погребут
    Коня и человека. В мире ты
    Так тюрка быстро разглядишь следы.
  109. И на Алтае в панцире, с мечом
    Аланский муж, ему всё нипочём.
    Он с луком и копьём табун коней
    Всегда пасёт. В могиле же своей,
  110. Что выбита была в скале глубоко,
    Аланин – не один, не одиноко
    Ему. Ведь рядом конь его!
    А больше и не надо ничего.
  111. И эпос на Алтае говорит,
    Что с воином коня похоронит.
    И крылья – днём, а ночью – верный друг.
    В могиле – вместе, жизни вечен круг.
  112. «Койлоо» зовут коня такого,
    В могиле не найти тебе другого.
    Он – тот, что за хозяином пойдёт
    И этот мир покинет без забот.
  113. У карачаевцев был тоже конь в почёте,
    Он – на войне и в мире, и в работе.
    Гемýда – нартский конь, особый сказ –
    В нём древний Эпос, что создал алан и ас.
  114. И тысяча вторая лет проходит
    И, как Гемуда, на Эльбрус восходит
    Его потомок – карачаевский скакун.
    Галёрки крик, овации трибун.
  115. И десять тысяч лошадей раз в год
    У Карачая русский царь берёт.
    И так – до самой Первой мировой.
    Но здесь у нас рассказ уже иной.
  116. Мы в первый век вернёмся нашей эры,
    И вспомним там аланские промеры,
    Которые врага нещадно гнут.
    Вот Сатинúк – «Дитя святое» тут.
    Сатиник и Арухеаны
  117. И Сатиник – великая царица у армян.
    А брат её – алан-Арухеáн.
    Вот древнее сплетение двух наций,
    Послушаем рассказ от Хоренаци.
  118. Аланский царь в Армению приходит,
    Здесь Арташéс навстречу им выходит,
    И сына в плен царя алан берёт.
    Тот предлагает выкуп, не идёт.
  119. На берег речки выйдет Сатиник,
    В неё армянский царь влюбился, сник.
    И брата ей он быстро возвращает,
    На свадьбу разрешенье получает.
  120. На свадьбе Арташеса – золото без брега,
    На свадьбе Сатиник – и жемчуг с неба…
    И на пиру все рады той удаче,
    И «Арт ахыр хапарны тиз, хапарчи».
  121. Поют аланы, это – тюркская обитель:
    «Последнее сказанье изложи, сказитель».
    И Арташес поставил всем в пример
    Тех братьев Сатиник, что наши «къыз джёнгер».
  122. Они её по-тюркски проводили
    В дом жениха. Ещё не убедили
    Вас всех Хорéнского известные слова?
    Аланы – тюрки, прогремит молва.
  123. «Красивые» Арухеаны-братья
    Теперь в Армении все стали знатью.
    И нахарáров получили сан –
    Прижился там алан-Арухеан.
  124. И мы найдём в «Житье Сукиасянцев»
    Как те аланы принимают христианство.
    Вот обращённый Баракáтра-Сукиáс,
    И с ним семнадцать родичей как раз.
  125. Уходят в горы Богу лишь молиться.
    Аланский умер царь, но вряд ли спится
    Наследнику аланской власти той,
    Барлáху посылает прямо в бой.
  126. Язычниками снова стать иль умереть?
    Но те аланы не отступят впредь,
    Язычества они не принимают
    И все во время штурма погибают.
    Христианство в Алании
  127. То век седьмой. Алании граница
    С Абхазией, и чтоб распространиться
    Здесь новой вере монастырь построят,
    Известен настоятель их Григорий.
  128. И скажем прямо, Мистик Николай
    В десятом веке посылает в край
    Аланский проповедников, им нет числа.
    И вера новая, ну вроде как, вошла.
  129. Аланы, с ними греки-мастера
    Постройкой занимаются с утра
    До вечера, не покладая рук,
    И храмов много ты увидишь тут.
  130. Вот – Чуанá, Сынты. А здесь – Архыз.
    Архитектуры сладостный сюрприз.
    Сегодня поражают красотой
    Средневековые следы работы той.
  131. Вот век тринадцатый, к язычеству аланы
    Вернулись, так разбились планы
    Миссионеров. Новый Феодор,
    Алан-епископ, ставит тут укор.
  132. Напишет он в Константинополь-град,
    Что для аланина – разбой лишь свят,
    Убийство очень чтит ещё аланин.
    Короче, по названью христианин.
  133. И то же самое напишет Юлиан
    О «вере христианской» у алан.
    И он ещё к тому же добавляет,
    Как там силён раздор, надежда тает
  134. Против монгола – так не устоять…
    Нет кулака, как пальцы не сломать?
    Но месяцы Ильи и Николая
    Здесь помнят до сих пор, не забывая
  135. Апостолов и Феодора месяца.
    И дни недели христианские пока –
    И вторник – у Георгия, среда – у Параскевы,
    А пятница – Марии, все напевы.
    Ислам в Карачае
  136. В стране Советов был один учебник,
    Всем атеистам – радостный «решебник».
    И дьявол там немного попотел,
    Намного больше – тот, кто сам хотел
  137. Себя несчастным сделать и других.
    «История религий», будет их
    Два тома. Можно почитать
    И много интересного узнать.
  138. Но мы затронем лишь один аспект:
    Когда пришёл Ислам – другого больше нет.
    И удивлён той книги составитель,
    Как в годы Реконкисты, вдохновитель
  139. Советского народа, не поймёт:
    Пришёл Ислам – он больше не уйдёт.
    А как же «меч жестокий», «кровь потоком»,
    «Завещанная» нам самим Пророком?..
  140. И, если всех заставили, нагнули
    Мечи и стрелы, позже – те же пули,
    То, почему когда араб уходит, –
    Народы из Ислама не выходят?
  141. Всё «объясняет», «ясно» всё ему.
    Но здесь – загадка. Значит, посему
    Придётся нам немного свет пролить.
    И тему эту, даст Аллах, закрыть.
  142. Действительно, когда тебя заставят,
    Ну, а затем, уйдут и всё оставят,
    То волен и себе хозяин стал –
    Так, может быть, никто не заставлял?
  143. Но коммунисту будет не до смеха.
    Не заставляли? Значит, не помеха
    Был тем арабам твой заблудший путь?
    Не нужен свет – во тьме живи, вот жуть.
  144. Аллах того лишь только наставляет
    Кто путь искал. Тебя не заставляет
    На этом свете что-то делать. В Рай
    Не хочешь? Так геенну разжигай.
  145. И эта версия для тех – кто «первоклассник»,
    И во второй не хочет, здесь заказник.
    Для человека, что постарше и умён,
    Любовь к Творцу – причина только Он.
  146. Тебя создáл. И всё что есть – Он дал.
    И Бог всему Конец – Начало всех начал.
    Хоть грубо я скажу ты, всё ж, поверь –
    Здесь благодарным будет даже зверь.
  147. А если – нет, тогда «ковёр покажет».
    Тебе у нас борец любой так скажет.
    В Архызском храме есть плита одна –
    И на арабском вся расписана она.
  148. Болгар, хазар тогда с арабом воевал.
    Ислам сюда, конечно, проникал.
    Его не приняли. Пока что у двери
    Алан и асов будет их Тейри.
  149. Но в Дагестан Ислам проник и корень дал,
    Пришёл от них Аббáси-Крымшамхал*,
    Что в Карачае князь. И знаем изнутри
    Как в Дагестане будет править Шафигъú.
  150. У нас же – Ханафú*, мазхáб другой.
    Как Шафигъи он, правильный такой.
    Из Турции пришёл намного позже,
    Век восемнадцатый натянет вожжи.
  151. Из Бухары, увидев Нур, идёт
    Святой Аллаха в праведный поход.
    И в «Тазкирáт уль-Аулия», что на фарсú,
    Запишут – Ат-Табáрди, Бухари.
  152. И Тебердинский, Бухаринский Абдуллах –
    Саид и Шейх, прославленный в мирах.
    Пророка он потомок что – Саид.
    И Карачай его дуá* давно хранит.
  153. На свет горы Хурзýкской шейх пришёл,
    Но в людях наших света не нашёл…
    Горьки его слова… Не унывай,
    Работай! Эго в сердце убивай!
  154. Хоть Хамом за дела Унýх разгневан был,
    Мисрú, что Хаму сын, всё ж, дедушка любил.
    А от него – Мисрú-Египет процветает.
    Кто мудр – дальше сам всё знает.
  155. Когда придёт на двор двадцатый век,
    Уйдёт на Небо небольшой завет –
    Хаджú-Умáр Акбáев, вместе с ним
    Саид-Баттáл Кубáнов. Поясним.
  156. На Небе сорок есть всегда святых.
    Когда умрут – замена ждёт у них.
    Так в этот список карачаевцы попали.
    Но слабый верой не поверит нам. Едва ли.
  157. И эти трое – вот Мужи – полёт их так высок.
    А мне, поэту-слабаку, полезен тот урок.
    Пророк был милосерден к нам. Он – Счастия капель,
    О Капле Света мы опять послушаем газель.
    Газель о шейхе Хаджи-Мухаммаде
  158. Отец его – Шакáй Ботáш, что в Карачае жил.
    Отсюда начинаем мы, чтоб полным был рассказ.
  159. Пророка курайшúт-гяур убить хотел, взамен
    Любого сына ты возьми, богат меккáн запас.
  160. К Шакаю тоже род пришёл за сыном, чтоб убить.
    Но не отдаст Аллах Свой Свет тогда и в этот раз.
  161. Горька судьба, велик удел и тайною объят.
    Твоей молитвой мы живём, твоё дуá – за нас.
  162. Тебя всегда свой предавал. Их было двадцать пять.
    И восемнадцать здесь – твой род, что вновь тебя предаст.
  163. Пророк своих всегда прощал, ты тоже всех простишь.
    О карамáтах знает мир, наслышан весь Кавказ.
  164. И, если веру обретёт, хотя б, Боташ один,
    Что для тебя – как будто Бог весь мир подлунный спас.
  165. А коли карачай один поверит, знай Шукýр,
    Народ исправился наш весь, таков Хаджи-Устаз.
    Кады Алú Бостáнов
  166. И чтоб рассказ уж точно завершить,
    Небесной Службе верой услужить,
    Речь мы продолжим. В Службе Неба он
    Хоть рангом ниже, всё же, – наделён.
  167. Идрúса, что Бостáн, то грозный сын.
    Для коммуниста был непобедим.
    Обычный горец, ревизор-бухгалтер.
    Ещё увидит мир его характер.
  168. И ту газель о воине Небес
    Али великом – слышал свят и бес.
    И в честь того великого назвали
    Здесь в Карачае мальчика. И дали
  169. Ему то имя славное – Али.
    Да будет Светом Неба и Земли
    Твой путь тяжёлый весь сопровождаться,
    С рабом Аллаха ничего не может статься.
  170. И началась Вторая мировая.
    Что добровольцем он уйдёт, я знаю.
    Замначразведки. И в бригаду к ним попал.
    Его трофей – немецкий генерал.
  171. Их четверо за линию ушло,
    Троих убили. Дело же пошло.
    Али Бостанов жив, а немец тот,
    Что генерал, спокойно сам идёт.
  172. По-русски так прекрасно говорит,
    Что поражён кавказский наш джигит.
    И много на войне чего минуло,
    От Сталина письмом к нему шмыгнуло.
  173. Бостанов долго будет получать
    Через курьера письма. Прочитать
    Внимательно, понять всё – сжечь.
    Историю подшивкой не сберечь.
  174. Там – маршал, здесь – «летёха». Не поймёшь.
    А между ними лишь курьер. Ну, что ж,
    Аллаху лучше знать дела Свои.
    Бостанов засекречен навсегда. Лови.
  175. И только через много лет поймёт,
    Когда в глазах людей он страх найдёт
    От должностей его военных, что не знает
    Чиновник – на запрос ответ не получает.
  176. Религия Аллаха не потухнет. Нет.
    И путь тяжёл. И полон он примет.
    Вот мать Балдáн в дороге умирает.
    Её в степи хоронят. Он не знает.
  177. Семья его до ссылки доберётся.
    Али с передовой в тылы вернётся.
    Вчера – герой, сегодня – отщепенец.
    Не нужен стал вдруг «спецпереселенец».
  178. Помощником начальника отдела
    Финансов округа военного – его ли дело?
    Разведчик он, хоть до войны главбух.
    Аллахом вложенный огонь – нет, не потух.
  179. И перспективы есть. Будь генерал!
    В Монголию езжай, твой час настал.
    И генералом капитан наш станет
    В Небесной Службе, а земля отстанет.
  180. В Киргизию! Весь в форме, с пистолетом.
    Переселенцам – лишь мечта об этом.
    И до сих пор в народе вспоминают
    Как в Азию Бостанов заезжает.
  181. А там бухгалтер делает намаз,
    Парней из тюрем вытащит не раз.
    Родных в места получше перевозит.
    За делом – крови меньше в той занозе.
  182. Года прошли печальной чередой.
    Приходит год, что пятьдесят седьмой.
    Из ссылки возвратится на Кавказ
    И жизнь наладится, уже не в первый раз.
  183. Здесь о бухгалтере Бостанове забудут.
    Пройдут года. И как же здесь убудут
    У коммунистов те же всё дела –
    О карачаевцев религии зашла
  184. Речь в тесных кабинетах и отчётах.
    Седеет коммунист, он весь в заботах.
    И стал у них язычником народ –
    Религии здесь нет. Хорош отчёт.
  185. Но для того Аллах создал Идриса сына
    Чтоб доказал, разведчик и мужчина,
    Здесь есть и был и будет, знай, Ислам!
    И мышам тыловым я не отдам
  186. Религию, что признаёт народ.
    Кто атеист? Ислам у нас живёт
    Уже в сердцах давно. На, почитай,
    Как путешественник опишет край
  187. Наш, было это – двести лет назад.
    Ты, что-то, коммунист совсем не рад.
    Деваться некуда. Религию признают.
    Аллах Бостанова кадием* назначает
  188. На Ставропольский край весь. Умереть
    От горя атеист не может – вот мечеть,
    Вторая, третья. Девять будет их,
    Али Идрисович и в старость не затих.
  189. А подлости земные путь свой продолжают.
    Майора с подполковником не получает
    Бостанов званий. Хоть и вся страна
    Два раза Брежневым уже награждена.
  190. И в год, что будет восемьдесят второй,
    На Мировой Конгресс поедет наш герой.
    И больше тысячи людей Москву увидят,
    А для себя он сделает ужасный вывод.
  191. Верховный муфти Сирии Ахмад Кафтáру,
    Святой великий, всем поддаст там жару:
    Страна, что против Бога, и сейчас оплот,
    Те семь десятков лет от силы проживёт.
  192. Как человека жизнь на этом свете.
    И, прямо скажем, взрослые ж, не дети:
    Неделю наш Союз не дотянул
    До юбилея, ноги протянул.
  193. Судьба, дороги – не всегда понятны.
    Но факт я расскажу один занятный.
    Пройдёт всего каких-то двадцать лет –
    В Дамаск к Кафтáру едет наш аскет,
  194. Что парень молодой из Карачая,
    И кто открыл туда наш путь – я знаю.
    Свою работу выполнил, ушёл.
    В Аллаха вечности покой обрёл.
  195. И в пятницу, когда был день-Маулýт, Азáном* мусульман к джумé*** зовут,
    Тут тестя моего забрал Аллах,
    Что Милосердным был к нему во всех делах.

Глава 11. Монголы

Обсуждение закрыто.