Глава 2. Правители в истории земли

64. За гордость вкусит всяк и горечь и обиду,
И в памяти сотрут вторую Атлантиду.
У каждого здесь выкладки свои,
Послушаем, что скажут наши рубаи.
65. Для Человека есть знамения во всём.
Одно из них давайте разберём –
О благородных, княжеских родах,
Царях и претендующих на трон.
Что лучше
66. Адам, мы знаем, – первый из людей.
Избрал Аллах среди его детей
Род Ибрахúма. Чашу ту испил
И первенец Пророка Исмаил –
67. Отец арабов, корень от него
Дошёл до Кураúша* так легко.
Среди последних избран был Хашúм**,
И здесь Пророком нашим цикл завершим.
68. Итак, Пророк Мухаммад средь царей,
Аристократов мира всех мастей
Был первым Богом сделан для того,
Чтоб приняли его за своего.
69. И не кичились в разговоре с ним
Цари происхождением своим.
Свет Истины так легче проникает
В сердца правителей и их смягчает.
70. Прекрасен род, но нрав его прекрасней –
Для тьмы и лжи намного он опасней.
Аллах спросил: «Ты – людям государь?»
«Я – раб-Пророк, но не Пророк и царь…»
71. На троне не сидел и к власти не стремился.
Познавшему Аллаха он открылся –
Сей мир на самом деле есть ничто.
Зачем же так держаться за него?
72. Но люди держатся и счастливо страдают,
И Души их от яда увядают.
Того, однако, не сломает трон
Кто лишь по воле Бога стал царём.
73. Теперь другая сторона медали благородства,
Так чтимое князьями превосходство.
И здесь для тьмы, неверья явный флаг
Пророка дядя был родной Абу Лахáб.
74. Из всех существ по имени в Коране
Был проклят только он, нечестья знамя.
А чтоб по миру громче шла молва,
Ему посвящена отдельная глава.
75. От Света отвернулся, Истину презрел.
Сам выбрал для себя несчастнейший удел.
И отвернулось от него судьбы крыло –
И здесь происхожденье не спасло…
Ложность первого сравненья
76. Но есть еще один, проклятьем удручён,
До Страшного Суда отсрочкой наделён.
И первым был средь жителей Небес,
Но нынче он зовется как Шайтан и бес.
***
77. Здесь отвлечёмся, мой читатель,
Возможно, враг иль обожатель.
Не всем всегда не всё дано,
Запомни правило одно:
78. Аллах – Хозяин. Он решает.
Решенья миру сообщает.
И будет всё, как Он сказал.
Ты против? Значит, проиграл.
***
79. Немногословен был, покорен.
Небытия забытый воин.
И пусть ты – черный абиссинский раб,
С Пророком рядом быть достоин.
***
80. Возможно, явь. А, может быть, и сон.
Но властью был безмерной обличён.
На Небе среди Ангелов он – первый,
Но тут подали голос нервы.
81. Адама видит он, пока без духа.
Безвинна некусачая та муха.
И овод тоже там не укусил.
Проходит сорок лет. Адам ожил.
82. И Человеку Ангелы покорно поклонились,
А Люциферу сильно удивились.
Проклятье миновало, радость без границ –
И Ангелы повторно пали ниц
83. Уже пред Богом, как же дивен рок!
Как пожалел их Всемогущий Бог!
Лишил Он Ангелов греха непослушанья,
Те избежали Божьего изгнанья.
84. Кто проклят был, тот милости лишён.
От Милости Аллаха удалён.
А как же жить тогда, и смерть всё не приходит –
Печаль и горесть сердце всё изводит.
85. И, если, есть Судьба – то виноват ли он?
Был Люцифер – Шайтаном назван он.
Жестокий рок? А, может, выбрал он?
Сквозь тьму веков спросил Имама* он
86. Об этом. В чём же здесь секрет?
Имам, конечно, знал и дал ему ответ.
У мудрости Великих ты исток узри,
Для этого услышим снова рубаи.
87. Коль создан раб Творцом повелевать,
Его здесь невозможно наказать.
Но, если, Он создал раба служить Ему –
Тогда тебе, Шайтан, не сдобровать.
88. И каждые сто тысяч лет опять,
Получит шанс Иблúс, чтобы снова всё начать.
Из Ада выведут его, а Адама – из Рая,
Поклон сегодня соверши, тогда Аллах прощает.
89. И снова каждые сто тысяч лет
Услышит Бог от дьявола всё то же: «Нет».
То зависть к Человеку, жажда власти,
В душе по-прежнему кипят всё те же страсти.
90. С чего ж тогда всё началось, и в чём сравненье?
Что было первым ложным и вернулось униженьем?
Был создан из огня. Огонь поставил выше
Над Человеком. Вышли мы из жижи
91. Земной, хвала Аллаху, стали ближе
К Творцу по милости, что свыше.
Чтоб знали место мы своё всегда.
И, если смог понять, то обойдёт тебя беда.
92. Не сравнивай, коль знанья был лишён.
Не забывай, что знает – только Он.
Не расслабляйся и не лги себе:
«Ияка» – солнце, «Ийяка» – молимся Тебе*.
93. Легка дорога гордости и жажда власти.
И здесь помощник дьяволу – людские страсти.
О том куда ведёт несчастия коктейль,
Послушаем мы в первый раз газель.
Газель о жестоком тиране
94. Он десять раз по сто прожил и тыщу раз женат,
И слышал каждый в годы те о деспоте, тиране.
95. Четыреста на десять раз – так много сыновей,
И Рая хочет на Земле, чтоб охнули земляне.
96. Зовут его Адúла сын, несносный царь Шадáд,
И подустали от него аскеты и миряне.
97. Всё золото и серебро собрал во всех краях,
Чтобы наслышан каждый был о городе-тюльпане.
98. На землях Йемена Ирéм уж триста лет как строят,
Верблюда первого всё нет в несчастий караване.
99. Но тут с больной девчушки-сироты серёжки скряги
сняли,
И вот теперь тиран-Шадад прописан в Джаханнáме*.
100. Её проклятье – Азраúл – пред городом встречает,
В Ирем не пустит он его, отправит к Адской бане.
101. Аллах Велик и Всемогущ, к Нему всегда взываем.
Бог даст, поведаешь, Шукýр, о праведном Султане.
Император Поднебесной
102. Царь Зулкарнай* могуч, силён.
С персидским Даром в ссоре он.
Там дань – из золота яйцо,
Кому достанется оно.
103. Так много лет идёт война,
Но вот кончается она.
Дар проиграл и сам погиб,
Другой – мечты своей достиг.
104. Пока ещё не Зулкарнай,
А Искандер. Но, всё же, знай, –
Не Македонии он царь,
Хоть и ромейский государь.
105. Два рога, значит, Зулкарнай.
Восток и Запад покоряй.
И покорил их. Но пока
Китая армия крепка.
106. На Поднебесную, вперёд.
Приказ его солдат зовёт.
И завтра бой. Как вдруг в шатёр
Приходит ночью визитёр.
107. Он вежлив и умён. И уточняет
Условия, и сделку заключает.
И платит дань за много лет вперёд.
Так без войны обходится поход.
108. Тот гость ночной – Китая император,
Всей Поднебесной столб и генератор.
Они выходят, видит Зулкарнай –
Китайской армии не виден даже край.
109. Но нет подвоха. Договор их в силе.
Ромеец поражён: «Скажи, не ты ли,
Платить согласен дань за много лет вперед
Из личных средств, чтоб не страдал народ?
110. Скажи, зачем? Тебя не понимаю.
У войск твоих не видно даже края.
Ты знаешь – мне тебя не победить.
Тогда зачем мне золото платить?!»
111. Ему ответил праведный правитель:
«То золото – металл, я – повелитель
Людей своих, за них в ответе я.
Мои солдаты не умрут зазря».
112. Заплакал Зулкарнай, китайца обнял:
«Ты братом стал мне, наконец, я понял,
Как с Даром столько лет напрасно воевал,
И как яйцо из золота забрал».
113. Прозрел правитель мира и вернулся
Домой. В прохладу мысли окунулся,
Которая давно свербит тоской –
В поход он вышел за живой водой.
114. Но после разговора с Исрафúлом*
Любовь к мирскому у него остыла.
Не хочет он уже воды живой –
В аскета превратился наш герой.
115. И камни драгоценные в пути
Всем так нужны, куда от них уйти?
«Кто хочет – пусть возьмёт, а мне не надо,
Нашёл для сердца в Боге я отраду».
116. И из последнего похода возвращаясь,
Он в тридцать шесть уходит. Улыбаясь.
Правитель мира вечность выбрал. Сам.
И заслужил Аллаха он салам…

Глава 3. Аланы – начало пути

Обсуждение закрыто.