Карачая непокорённого поэт. Об Азамате Суюнчеве

Седовласых гор Кавказских, старец верный Азамат…
На Аллаха полагаясь много лет подряд,
Жизнь свою достойно пролетев,
Ты вернул на время взятый аманат*.
Азии песков горячий жар,
Твой народ страдает млад и стар.
Но опять помогут снять ночи покров,
И твоё послание прочтёт Хрущёв.
Исмаил-джырчы* – поэт, кумир.
Ты его глазами видел мир.
«Актамак» поэму сохранил для нас,
Записал и познакомил с ней Кавказ.
И Хасана-классика* «Сундук»
Пострадал от ненавистных рук.
Он в огне горел тогда не раз,
Но один из них ты, всё же, спас.
Что мечты сбываются, я знал.
И музея твоего тот час настал,
Можно посетить и всё увидеть –
Экскурсоводу рады стар и мал.
Ты меня однажды знаменем назвал,
Но у судьбы лишь древко правит бал.
А без него – что море без воды –
Нет жизни, где лишь ил всё дно застлал.
Помогал, спасибо, не жалел.
Не страшился непомерно трудных дел.
Все свои архивы предоставил,
Огрехи памяти-истории исправил.
Халимат* щедрейший свой аванс
Подарила мне как редкий шанс
Быть полезным музе и народу.
Как же в реку ту войти, не зная броду?..
Воинов-Героев сердца пыл
Свет поэзии тогда затмил.
Азамат и здесь опять опора,
Очевидец снова свет пролил.
Харун-легенда плачет весь в печали.
Мать увидеть перед смертью б дали…
Что на груди Звезда уже блестит
Не замечает тот «стальной» джигит.
Начнём с Харуна. Снова первый тут,
«Орёл» Рыбалко, горец-Альпакъут*.
Ещё двенадцать их. Кто они – услышим.
И Азамата здесь немалый труд.
Машерова соратник наш Осман,
И полк его – гроза для Могилёва.
Славянам-белорусам честь отдам,
Что помнят горца столько лет. И снова
Легенды свет, наш Ксанти – офицер,
Что никогда своих не оставляет.
И карачаевца Хамзата, как пример,
Он дважды к званию Героя представляет.
Вот славный миномёт и грозный ПТР,
Что Магомет с Абдулом так любили.
А в небе Джанибек и наш Солтан-Хамид,
А «братьев чёрных» белорусы хоронили.
Штурмует Жилину – словацкий Ленинград –
Ещё один наш партизан и брат.
Другой – из Ровно под Варшаву попадает
И маршала Жимерского спасает.
Они – одиннадцать, что звёзды получили.
А с ними вместе – генерал Солтан,
Который после Забайкальской пыли
Советником попал в Афганистан.
Грозный воин-инженер –
Рокоссовского «сынок» Аскер.
Завершает цикл тот
Исмаила связи взвод.
Азамат поверить смог,
Что идущий – вновь дойдёт.
Шесть часов идёт кино,
Старикам бальзам оно.
Новый цикл. Новых сил!
«Эсде тургъан»* окрылил.
Деккуш улу Магомет
Для разведки – Божий свет.
Партизанам – наш поклон,
Ниязи там погребён.
В Белоруссии их чтут,
И Аскера любят тут.
Для Шукура и Юсуфа
Будет Минск как дом родной.
Гончаров сюда напишет
И расскажет кто какой.
Тот в лесу немецкий штаб
Будет нашим вряд ли рад.
Мурадин среди «чужих»,
Когда было девять их.
Здесь Аскер, Касым, Амур
И Амура брат Сары.
И ещё Азрет, Ахмат –
Нарты из другой поры.
Завершающий удар
Там наносит комиссар.
Он с Доватором не раз
Поднимал родной Кавказ.
Новый цикл. Новый всплеск.
«Таў асланла» их зовут.
Той Победы ближе блеск,
До неё не все дойдут…
Вновь разведка. Здесь Сафар
И Юсуф, а с ним Ажу.
Про Героев той войны
Я потомкам расскажу.
Защищали Ленинград
Исмаил и Рамазан.
В это время Карачай
Отправляли в Казахстан.
В Прагу входит Магомет
Первым среди наших сил.
«Двойной узел»* Абдулла
Немцам так и не простил.
Новый свет легенды бьёт –
Гусеин-морпех идёт.
Вот Керам-артиллерист
В Праге, где и наш танкист.
Наконец, Ракай, Даут –
«Воины Победы» ждут…
Сорок. Словно караван.
Магомет и друг Осман…
…Когда Шакман всё это увидал,
Во мне Джатдая нового признал:
«Защитник Карачая – это ты,
И эту эстафету ты принял!»
Матёрый ас считал, что я – защитник Карачая…
Но в этом зеркале он лишь узрел себя…
И это многое для многих объясняет,
Что не всегда всё будет от тебя.
Не удаётся избежать похвал…
Зачем всё это автор написал?
Он вспомнил Халимат, Шакмана, Азамата…
Их дифирамбов кучу в ящик адресата.
Когда ты смотришь на людей – то видишь лишь себя.
И, если ты хвалил людей, – то видел лишь себя.
Так говорили мудрецы, Святые в Небесах:
«Каким ты был, знай, человек, – так помянут тебя…»
Пророк Иса, сын Мариям, с апостолами шёл.
Далёк был путь и труден был. На труп осла набрёл.
Апостолов смутил тот вид и запах ишака.
Аллах же преподнёс урок сей жизни седокам…
Они сказали: «Что за запах и ужасный вид».
Кишки и кровь. Ужасный пир лишь муху не смутит.
Но не таков Пророк Иса. Нет у него оков.
Любимец Бога разглядел лишь белизну зубов…
И наш Пророк когда-то говорил,
Что человек лишь с тем – кого любил.
Любить же тех, кто был Велик для Неба –
Тот дар, что только избранный нажил.
Итак, намёков много их хватает,
Рассказ не Азамата восхваляет.
И это только уваженья дань.
И небо есть. И сокол в нём летает.
К тем сорока ещё тринадцать прибавляем
И – кончилась «Вторая мировая».
И «Заполярья гордый горный волк».
Что все они к Герою представлялись – знаем.
Часов шестнадцать. Горцев больше ста…
А хватит ли нам красок и холста
Весь подвиг Карачая на полях войны озвучить?..
Кто знает… Но задача непроста.
О ссылке, о культуре рассказать.
Как сделать и с чего начать?
Во всех делах здесь Азамат опора.
Достоинств Карачая много их не сосчитать.
Религию народа отстоял,
И в плен к нему попался генерал.
Мой тесть – разведчик, воин и кады:
В Небесной Службе должности свои.
Умару* надо фильм посвятить,
И горских автономий не забыть.
Труду, науке вновь пора пришла –
Страны Герои, горцы-доктора.
Как без Кавказа может быть Эльбрус?
Как горской лошади достойный груз
Веками составлял тот воин-ас
Расскажет Карачая лошадей атлас.
И, если кинохроника жива,
О Карачае вновь пойдёт молва,
Как Лермонтов тогда сказал о них,
И если там «в народах дальних и чужих»
Увидят наших перевалов памятник-музей –
То обретут достойнейших друзей.
Диаспора народа в мире, знай,
Брильянтом на Земле блестит Домбай.
Толстой когда-то нам вменил в черту
От Бога верность, храбрость, красоту.
Веками длился славы той парад,
И среди прочих – друг мой Азамат.
Заслуг твоих не перечесть и Бог-судья.
Но, всё же, кое-что добавлю я.
Хоть фильмов больше сорока и в десяти ты снялся –
К концу пришла и времени стезя…
Аллах был Милостив. И фильм свой увидел
Ты за неделю, как покинуть мир…
Он стал итогом всей работы нашей,
Чтобы на карте было меньше «чёрных дыр».
Два десятка лет с тобою провели.
Мыслями достигли той земли,
Где остались ты и горы – тет-а-тет,
Карачая непокорного поэт.
Всем орлам нужна мечта и неба свет.
Чтобы выполнить назначенный обет.
Вечен лишь Аллах. И от Него:
О Карачае надо было вспомнить всё.

(Ас-Сафи. Раздел 1. Книга 1. Глава 23)

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *