9. Юсуф аль-Хамадани

/ Абу Ягъкъуб [Якъуб] Юсуф ибн Аййюб аль-Хамадани /

MX ̅ DCII / 9 602
Он для нас – Абу Якъýб,
Шейх что будет Хамадáни,
В мире Бога – Света сруб,
Жест достойный в Панораме…
Ханафитского Мазхáба,
Что для гъáджама, араба.
В Год, что вслед Четырёхсот
Сорок лет – в сей мир придёт.
Знали все его в Багдаде,
Бухаре и Исфахане,
Всём Ираке, Хорасане,
Той «реки ещё что сзади» –
Ма-уарá-ан-нáхром звалось,
География читалась.
MX ̅ DCIII / 9 603
Всё в Аўтáдах начиналось,
Чтобы просто изложить –
Та история писалась,
Чтобы здесь не повторить.
Крут Аллах насчёт святых –
Адом сразу станет стих.
Или – Гъáусом чтоб стать,
Абдуль-Къáдира печать…
Сутью ты определяйся.
Хоть она определится –
Самоходом и не скрыться,
За сомненья не цепляйся.
Милость Бога кто искал –
Всякий раз к святым шагал.
MX ̅ DCIV / 9 604
Табакъáт опять читаем
Со Страницы Пятьдесят,
Пару-тройку прибавляем, –
Шейху Йýсуфу я рад…
Шейх великий, необычный,
Мраку больно непривычный –
Сокрушает только так,
Нет сомнения с пятак.
Коль еретиком назвали –
Сразу смертью обличил,
Двух учёных там убил,
Книги как о том писали:
Лишь «умрите» им сказал,
И тандем тот умирал.
MX ̅ DCV / 9 605
Семь Десятков будет Лет
Он мурúдов наставлять,
Вот такой бывал ответ,
Свету Бога где бывать…
Семь Десятков Лет – немало,
Шейха поднято Забрало,
Накъшбандúю продвигая,
Что Божественного Края.
В молодости он учился,
Знанья Бога он искал,
Хоть и с явных начинал,
Ну а в скрытых – так добился,
Что святой в миру великий,
В Боге Вечном солнцеликий.
MX ̅ DCVI / 9 606
В восемнадцать лет в Багдад
Парень стопы направляет,
Мрак тому весьма не рад,
Но судьба располагает.
Право парень там учил,
Шейх Абу Исхáкъ где был,
И успехов в том достиг,
Помогал Аллах Велик.
Ханафúтского Мазхáба,
Говорил про это Вам,
Славой вечной Небесам,
Что для гъáджама-араба
Старшим в праве почитался,
Коли зверь не обознался.
MX ̅ DCVII / 9 607
Вслед – тахсылем – он займётся
В Бухаре и Исфахане,
Солнце Правды – ярко, жжётся,
Разогрев простуды в Стане.
Весь Ирак его принял,
Хорасан рукоплескал,
И в Хорезме так же было,
Книга это не забыла,
Ма-уарá-ан-Нáхр так.
Хúркъу вскоре он надел,
Так в том деле преуспел,
Слышал это зверь-простак:
Абдуллах аль-Джувейнú
Дал ему в Аллаха дни.
MX ̅ DCVIII / 9 608
Он в тасáўуфе имел
Две основы, как сказали,
Чтобы зверь уразумел
И чтоб люди мира знали:
Шейх Хасáн Симнáни там,
Сразу скажем это Вам.
И, конечно, – Фармадú,
Шейх Абу Али, приди…
Вслед Абу Али идёт
Накъшбандúи в мир Путём,
Будь я трижды водоём,
Мира слышал весь народ,
Накъшбандúю развивая,
Бога такова Прямая.
MX ̅ DCIX / 9 609
Ибнуль-Арабú Гигант,
Величайшим Шейхом звался,
Подарил огромный Гранд,
Чтоб мурúд не удивлялся.
Шейх, что Йýсуф Хамадáни,
Проясняет в Панораме, –
Чудеса Аллаха были,
Коли искренностью жили…
Только где её найти?
Зверь безвольно вопрошает,
На Аллаха уповает,
Нет другого здесь в Сети…
Зверь про это точно знал,
Потому и уповал.
MX ̅ DCX / 9 610
Шейх Хамúд, что аль-Кирмáни,
Тот хапар нам рассказал,
Что провинцией в Иране,
Если кто Кирмáн искал.
Шейх Великий Мухиддúн
Весть несёт ту из годин,
Ибнуль-Арабú что звали,
Целым миром почитали…
Есть суфийская обитель –
Зáуия – она зовётся,
Посетить её придётся,
Накъшбандúи там родитель –
Шейх Абу Якъýб Юсýф,
С Богом в сердце и уснув…
MX ̅ DCXI / 9 611
Только на джумá-намаз
Шейх обитель покидал,
В пятницу один что раз.
Но покой тут потерял –
Что-то двинуло в дорогу,
Коль угодно это Богу.
Он поводья отпустил –
Ослик Богом в Путь ходил…
Пригорода он достиг,
Там разрушена мечеть,
Местностью дабы прозреть –
Что пустыней в этот миг.
Юноша в мечети будет,
Сердце зверя что пробудит…
MX ̅ DCXII / 9 612
Он в раздумиях сидел,
В размышленья погрузившись.
Вскоре шейха он узрел –
И сказал, разговорившись,
Будь я трижды водонос,
Был тяжёлый там вопрос.
Шейх вопрос ему решил,
Парня следом попросил –
Чтобы сам к нему пришёл,
Коль случится та напасть:
Старику дороги страсть
В тягость. Понял и орёл:
Искренность – святым вменяла
Приходить. Вот так бывало…
MX ̅ DCXIII / 9 613
И Саййúд уже писали –
То же самое Саид,
Дело этим облегчали,
Смыслом понимай, пиит.
Но Сагъúд – уже другое,
Хоть Саидом снова втрое
Люди будут называть,
Чтобы дело облегчать.
Ты – привыкнешь. Не стесняйся:
Я и ты – ведь не арабы,
Гъáджамы с тобой не в абы,
Знаньем Сути устремляйся.
Потому упрощена
Суть на Вечны Времена.
MX ̅ DCXIV / 9 614
Тюрки их зовут – Атá,
Что «отец» обозначало,
Уваженья простота,
Сутью дела пробирало.
Ведь святой – нам как отец,
Духа в теле где венец.
Что – телесного важней,
Потому и корифей.
Всех больших святых так звали
Тюрки, что непрост народ –
В Накъшбандúю он придёт,
Там любого в мире ждали,
Если – искренний пред Богом,
Накъшбандúи это слогом.
MX ̅ DCXV / 9 615
Йýсуф-шейх и в Мéрве жил,
Позже едет он в Герат,
Свет Познанья где пролил,
Всяк Познавший Бога рад.
В Мерв потом он возвратился,
А потом в Герат пустился –
Жил и там, и там он долго,
Наставленьем мира долга.
В Мерв он снова отправлялся –
По пути Аллах вернул
Душу шейха, не заснул –
К Богу в вечность возвращался.
Там его похоронили,
Позже место изменили.
MX ̅ DCXVI / 9 616
Был халиф – наследник Духа,
Чтоб Наследником считать.
Что коснулось зверя слуха –
Тот Квартет нам посчитать.
Четверых в миру оставил,
Чтоб к Аллаху всех отправил
Божьих тварей и рабов,
Коль обычай здесь таков.
Накъшбандúя расширялась, –
Азия в неё вступает,
Что Центральная бывает,
Это дело удавалось,
Волей Бога всё бывало,
Святость в этом помогала.
MX ̅ DCXVII / 9 617
Из Хорезма родом был,
Абдуллахом что назвали,
Аль-Баррáкъи, не забыл,
Чтоб и Вы не забывали.
Был ученый и Познавший,
В Боге высоко летавший:
Карамáт и Макъамáт –
Всё там было в деле, брат.
В Шурустáне, в Бухаре,
Шейха в мире есть могила,
Зияратом посетила
Коль душа – иди к горе.
Дальше мы идём к халифам,
Истиною в мир ханифам.
MX ̅ DCXVIII / 9 618
Был Хасáн Индáкъи здесь
Уж вторым халифом в деле,
Сын Хусейна, в деле весь,
Кýнью мне сказать велели,
Что – Абу Мухáммад звался,
[Чтобы зверь именовался.]
В Трёх Фарсахах был Индáкъ
С Бухары, считали как.
Очень в деле отличился –
Преуспел во всех статьях
Он религии не в ах,
Долго бился и трудился.
Шейха он сопровождал
Много лет, чтоб каждый знал.
MX ̅ DCXIX / 9 619
Так – Хауáсом – стал ему,
Что Особо Приближённый,
Продолжать чтоб посему
Путь Аллаха утончённый.
Ездил с ним в Хорезм, Багдад –
Шейху Йýсуфу где рад
Всякий, кто взалкал Аллаха
Сердцем в мире, как и птаха.
В Год, что Шестьдесят Второй,
В Пятом Веке – он родился,
Счёт Тарúха прояснился
В этом мире под луной.
В Пятьдесят Втором – умрёт,
Век Шестой уже, народ.
MX ̅ DCXX / 9 620
Двадцать где Шестой был день
Рамадана, все слыхали,
День прошёл, приходит тень –
Двадцать где Седьмою взяли
Ночью, чтобы мог считать –
Ахырáта счёт начать.
Дед его, отца отец,
Знанья в мире был венец –
Шейх Абдуль-Карим Индáкъи,
В тему был кто погружён –
Сразу знают кто был он,
[На горе не свистнут раки.]
В общем, корень он имел
Непростой – и преуспел.
MX ̅ DCXXI / 9 621
В Бухаре его могила,
Табакъáт нам говорит,
Книга эта свет пролила
Знанья в мире мне, пиит.
Мы по ходу сокращали,
Никого не удивляли, –
Где мазками много было,
Лишь бы Сутью всё доплыло.
Антологии здесь нету,
Обстоятельный рассказ
Парой-тройкой будет фраз,
Что не в тягость мне, аскету.
Есть – исходник. Там читай.
Знания приобретай.
MX ̅ DCXXII / 9 622
Третьим он халифом был
Шейха Йýсуфа, как знали,
Зверь об этом не забыл,
Тюрки мира – почитали:
Большинство святых из них
С ним имело общий стих.
Потому Атá зовут,
Почести тем воздадут.
В Ясауú на свет родился,
То селение известно
В Туркестане повсеместно,
Чтоб географ утвердился.
И могила его там,
Славой вечной Небесам.
MX ̅ DCXXIII / 9 623
Зáхира аят имел,
Карамáты бáхир были,
В сáмия ахъуáль успел,
Макъамáты не забыли, –
Гъáлия – они зовутся,
К месту тоже там придутся.
Здесь Бабá-Арслáн нашёлся,
Тоже к месту он пришёлся –
Среди тюрков древний самый,
Знаньем всех превосходил.
От Пророка получил
Жест, достойный Панорамы, –
Чтоб Ахмáда воспитал,
Сон такой он увидал.
MX ̅ DCXXIV / 9 624
Жизни до конца его –
В хúдме шейху находился,
Тем достиг в миру всего…
В Бухару он устремился.
Там был Йýсуф Хамадáни –
Продолженье в Панораме,
До – Иршáда – уж довёл,
Станет соколом орёл.
Два халифа умирают –
Всю нагрузку он возьмёт,
Бухару всю поведёт.
Но и тюрки ожидают:
К ним идти ему пора,
Туркестану где игра.
MX ̅ DCXXV / 9 625
Абдуль-Хáликъу велел
Вслед всем людям подчиняться,
Что Четвёртым уж влетел
Там халифом, дабы статься
Накъшбандúйскому Пути
Лучшим и легко дойти.
Сам шейх Áхмад уезжал,
Как Вам ранее сказал.
Из его Пути великих
Трудно счётом сосчитать,
Калькулятор утомлять,
В Боге Вечном солнцеликих.
Вкратце дело приведём
Накъшбандúи всё Путём…
MX ̅ DCXXVI / 9 626
Шейх Ахмáд имел халифов
Четверых, чтоб Вам сказать,
Вечностью в миру из чипов,
Чтоб системой управлять.
Первым был – Мансýр-Атá,
Мраку в мире маета:
Сын Бабá-Арслáна он,
Знаньем полным наделён.
Путь с отцом он начинал,
Там высот достиг больших,
Что украсит всякий стих.
Перед смертью завещал –
С шейх Ахмáдом оставаться,
Святости высот добраться.
MX ̅ DCXXVII / 9 627
Абдуль-Мáлик, сын его,
Вновь Атá достигший ранга,
Чтоб хватило и того
Мраку в форме бумеранга.
Он Иршáдом занимался
Много лет и добивался, –
Таджуддúн-Атá был сын,
Тюркам новый господин.
Он – Зинджú-Атá отец,
Что особый будет скрипкой
Для пустыни мрака зыбкой,
Правнук он и удалец,
Где Мансýр-Атá прадед,
Сúльсили такой завет.
MX ̅ DCXXVIII / 9 628
Все святыми они были
Высших в мире степеней,
Чтобы люди не забыли
В сутолоке бренных дней.
Прадед, дед, отец и сын –
Всем шейх Áхмад господин,
Потому и говорили,
Калькуляторы не в силе
Все достоинства считать –
Сколько в мире обратилось,
К Богу сердцем воротилось,
Чтобы в Боге обретать.
Следом был халиф второй
В этом мире под луной.
MX ̅ DCXXIX / 9 629
Он – Сагъúд-Атá, все знают,
Что Иршáдом просветил,
Люди к Богу им шагают,
Мрак подлунный зарубил.
Третьим – Сулейман-Атá,
Мрака в вечность суета,
С ним что справиться не сможет,
Энтропией стены гложет.
Мудростью весь Туркестан
Шейх святой уж покоряет,
Люд поры не забывает,
В Табакъáте текстом дан.
До четвёртого дошли,
Что халифом вновь нашли.
MX ̅ DCXXX / 9 630
Был Хакúм-Атá четвёртый,
Много лет он будет биться,
Набирая обороты,
Чтоб мечтам великим сбыться.
Жил в Хорезме много лет
Шейх святой, велик аскет.
В Акъ-Къургъáне есть могила,
Шейха в мир осталась сила.
Он – Зинджú-Атá взрастил,
Величайшего халифа,
В мир подлунный Света Рифа,
Что в Ташкенте мира жил.
И его могила там,
Есть рассказ достойный Вам.
MX ̅ DCXXXI / 9 631
В Табакъáте есть рассказ,
Къáди Мухаммáд сказал,
Атеиста чтоб потряс,
Правоверный чтобы стал
Всё ещё сильнее в вере,
Поразившись на примере.
Шейх великий посещавший
Ту могилу и слыхавший
Каждый раз при посещеньи –
Лишь «Аллах, Аллах» идёт
Звук оттуда годом в год…
Что для прадеда в решеньи,
Что Мансýр-Атá бывает,
Сын Бабá-Арслáна, знает.
MX ̅ DCXXXII / 9 632
Смуглым был Хакúм-Атá,
И жена его решила,
Всё святая простота –
Если б белизной там было.
Да Хакúм-Атá узнал,
Мужа ей он предсказал –
Что чернее в много будет,
И судьба то не забудет.
Так Зинджú-Атá женился
Шейху вслед, как умер он,
Зов тот не был отклонён,
План Аллаха воплотился.
Хоть она – и не хотела,
Вестью старой будет дело.
MX ̅ DCXXXIII / 9 633
Он напомнил тот хапар,
Про него хотя не знали,
Получил её там в дар,
Как на Небе пожелали.
Буракъ-хана дочь смогла –
Много внуков в мир дала,
Вместе в ними и детей,
Где судьбе опять видней:
Знающих там было много,
Делом сильных и святых,
Украшали мира стих,
Стоило что дорогого.
Каждый – светочем там был,
За собой людей водил.
MX ̅ DCXXXIV / 9 634
Есть четыре здесь халифа,
Чтобы дело продолжать,
Избежав у мира жмыха,
Сутью дела приближать…
Был Узýн Хасан-Атá,
Начинанья где черта,
И Саид-Атá там был,
Что вторым тот Путь почтил.
Садруддúн Атá был третьим,
Бадруддúн Атá – четвёртый,
Не сбавляя обороты,
Шли квартетом в белом свете.
Понемногу скажем Вам
Что и как бывало там.
MX ̅ DCXXXV / 9 635
В Бухаре они учились
Вчетвером, случилось так,
Разом к Богу возвратились,
[Разогнаться нам бы как?]
Все решили – им Учитель
Нужен, что Путеводитель:
Мýршид Кáмиль – его звали.
Вышли в путь, его искали.
К Туркестану направлялись,
Уж Ташкента достигают,
Здесь уже их поджидают,
Не случайностями стались:
Был Зинджú-Атá таков –
Пас в степи людей коров.
MX ̅ DCXXXVI / 9 636
Состоянье чтобы скрыть –
Зúкром явным занимался,
И коровам в деле быть –
Круг из них образовался,
И пастись уж не хотели,
[Вот такие там метели.]
Видят все: пастух такой,
Чёрный в мире под луной,
Все кусты ногами сносит,
Рой колючек не заметит,
[И кому такое светит,
И кого вот так «заносит»?]
Цель визита рассказали –
Мýршида они искали.
MX ̅ DCXXXVII / 9 637
Стал он нюхать мир земной –
Окромя него здесь нету
Им помочь, [подход такой,
В назидание аскету…]
Двое там уж возгордились,
Тем в печаль и углубились.
Двое приняли удар,
Получив от Бога дар.
Был Узýн Хасан смирившись –
Первым он халифом станет,
Нафс его там не обманет
И умрёт, угомонившись.
Сáдру был Атá опять
Вместе с ним, вторым считать.
MX ̅ DCXXXVIII / 9 638
Стал Саид-Атá просить
Там жену, чтоб – заступилась.
Чуду в мире этим быть.
[Многим так же приоткрылось.]
За неё – Зинджú простил,
Следом дело пояснил:
Гордость парню помешала,
Что из знания начало
В мир брала – и господин
Был к тому же. Потому –
Он отстал, [закон пойму
Зверем из лихих годин.]
Где – надлом и униженье –
В Тарикъáте достиженье.
MX ̅ DCXXXIX / 9 639
В общем, шейх его простил –
Стал Саид-Атá халифом,
Что вторым по счёту был,
И достойным будет стúхом –
Жил в эпоху Гъазизáна,
Что Али из Рамитáна.
Чудеса его слыхали?
В Табакъáте прочитали.
Урожая вовсе нет –
Хоть крестьяне и старались,
С урожаями не знались.
Здесь сказал святой аскет
Той земле, чтобы – давала:
Без посева всё бывало.
MX ̅ DCXL / 9 640
То есть – зёрна не сажали,
Урожай же соберут.
Про такое Вы слыхали?
Люди чудом назовут.
Много было лет подряд,
Книги как нам говорят.
Стал халифом Исмаúл –
Вслед Саид-Атá ходил.
Он терпеньем отличался,
Ничего не замечал,
Много мудрого сказал,
В Табакъáте начитался.
Три в одном он собирает,
Даже мудрых удивляет.
MX ̅ DCXLI / 9 641
«Тенью – ты под солнцем будь,
Стань одеждой – в холода,
Хлебом – в голод». Это Путь
Накъшбандúи, господа.
Вслед талкъúна он внушал,
Чтоб мурúд не забывал…
– Братья впредь мы в Тарикъáте,
[Зверь, считай, в неадеквате,]
Ты прими, мой брат, совет:
Мир представь, что – Купол Синий,
[Кто слыхал такое в Дúне,
Чтоб достойный дать ответ?]
Только – Бог и ты – там есть,
[Дальше Станом будет весть.]
MX ̅ DCXLII / 9 642
Только Бог и ты там вместе, –
Бога много поминай,
[Запекаясь в этом тесте,
Накъшбандúи это Край…]
Чтоб – таўхúд всё продавил,
Къáхром нафс в груди добил,
Чтоб – частичка от таўхúда
Уж в тебе. [И шито-крыто.]
Благовоний аромат
Эти речи источали,
И святые то признали,
Для читавших Табакъáт.
Аль-Джурджáни шейх сказал,
На молитвы указал.
MX ̅ DCXLIII / 9 643
А верней – молитвы коврик
У мурúдов Исмаила –
Всё благоуханья дворик,
Ароматом исходило…
Следом был – халиф Исхáкъ,
Исмаила сын, с ним Хакъ.
Здесь история случилась –
К Шах Накъшбáнду возвратилась…
Абдуллах, что из Ходжéнда,
Шах Накъшбáнда был асхáб,
Гъáджам он, а не араб,
Тарикъáта же – легенда.
Долго Шаха ожидал –
Тирмизú ему сказал.
MX ̅ DCXLIV / 9 644
Да, тот самый Тирмизú,
Что хадисы собирает,
[Эго глупостью уйми.]
Он могилу посещает
У мухáддиса в миру,
Чтобы прояснить игру:
«Лишь пройдёт Двенадцать Лет –
Всё получишь ты, аскет».
Так Двенадцать Лет прошли.
Слышит про Исхáкъа он –
Шейх святой, могуч, силён.
Да особенность учли:
«Ты – Накъшбáнда», – он сказал,
Что Исхáкъом зверь узнал.
MX ̅ DCXLV / 9 645
Да, святые – различали:
Кто и чей здесь был мурúд.
Потому не принимали,
Коль чужой им зверь, пиит.
Шах Накъшбáнда он дождался –
И до сердца достучался,
Чтобы принял Шах его,
И хватило мне того.
Вновь к халифам возвращаясь –
Садр с Бáдром где остались,
Что Мухáммадами звались,
Всё повтором повторяясь:
Бадр в деле там отстал –
Шейх Зинджú его прощал.
MX ̅ DCXLVI / 9 646
Схема схожей там бывала,
Где «попал» Саид-Атá,
Нафса гордость помешала –
Да прощением снята.
Вновь жена там заступилась,
Дело Солнцем озарилось.
И четвёртым станет он
Из халифов, мой поклон.
Скажем мы немного тут –
Сáдра, что Атá, наместник,
Накъшбандúевый предвестник,
Коего так в мире ждут.
Имена их назовём,
Баракáтом и живём.
MX ̅ DCXLVII / 9 647
Был Аймáн-Бабá в начале –
Следом шейх Али идёт –
Шейх Маўдýд, [опять слыхали,
Почитал его народ] –
Следом шейх Камáль ходил,
Список краткий завершил.
В Табакъáт мы отсылаем,
Сильно тексты сокращаем.
Много там из разъяснений,
Да и тонкостей Пути,
Трудно было обойти,
Нелегко из-за сомнений.
Шах Накъшбáнд уж зверя ждал,
Потому и сокращал…

Мáўля яса ллиуасá ллúмда имáн абадáн,
Гъаля Хабúбика хóй риль халкъú куллúхимú.
Наш Владыка, о, Аллах, надели вечно-бесконечным салауатом-благословением и саламом-приветствием Твоего Любимца Мухаммада (ﺹ), лучшего из всех творений.

10. Абдуль-Хáликъ аль-Гуждувáни

Обсуждение закрыто.